Background: The extent of myocardial damage largely determines both in-hospital and long-term mortality in patients with acute coronary syndrome. According to the literature, the in-hospital and long-term mortality rates in patients with unstable angina (UA) are lower than those in the patients with myocardial infarction (MI).
Aim: To evaluate the in-hospital and long-term mortality rates and their predictors in patients undergoing in-patient treatment for acute coronary syndrome (MI and UA) in the regional cardiovascular center with the service territory of 1 million persons.
Materials and methods: This retrospective registry study enrolled 1130 patients (715 [63.3%] men, 415 [36.7%] women) who were treated for UA and MI in the regional cardiovascular center in 2019. Based on the discharge diagnosis, the patients were divided into two groups: patients with MI (n = 766) and those with an UA episode (n = 364). The in-hospital and delayed mortality rates, as well as their predictors, were analyzed in both groups. The mean duration of the follow-up was 17.8 ± 3.6 months.
Results: The in-hospital mortality in patients with confirmed MI was 11.1% (85 patients) versus 0.27% (1 patient) in the UA patients (p < 0.001). The independent predictors of in-hospital mortality in MI patients were a decreased left ventricular ejection fraction (LV EF) (odds ratio (OR) 0.9021, 95% confidence interval (CI) 0.8209–0.9914, p = 0.0324), chronic kidney disease C3a and above (OR 9.3205, 95% CI 2.6706–32.5283, p = 0.0005), and the extension of coronary involvement at coronary angiography (OR 1.3526, 95% CI 1.0667–0.0127, p = 0.0127). The long-term mortality in MI patients was 10.4% (72 patients) with no significant difference from that in UA patients (9.9%, 36 patients, p = 0.76). The independent predictors of long-term mortality after MI were older age (OR 1.12, 95% CI 1.01–1.22, p = 0.0052), chronic kidney disease C3a and above (OR 2.3375, 95% CI 1.1392–4.7963, p = 0.0206), decreased EF (OR 0.8895, 95% CI 0.73–0.99, p = 0.0364), atrial fibrillation on admission (OR 3.1462, 95% CI 1.3510–7.3268, p = 0.0079), and diabetes mellitus (OR 2.3163, 95% CI 1.2552–4.2744, p = 0.0072). In the UA patients, the predictors of the long-term mortality were a decrease in LV EF (OR 0.9139, 95% CI 0.8683–0.9619, p = 0.0006) and in blood hemoglobin level (OR 0.9729, 95% CI 0.9544–0.9917, p = 0.0050).
Conclusion: The in-hospital mortality in UA patients is lower than that in MI patients, with comparable long-term mortality. This indicates the need of active follow-up of the patients with past UA, irrespective of the endovascular assessment and intervention.
Актуальность. Объем повреждения миокарда в значительной степени определяет как госпитальный, так и отсроченный прогноз у пациентов с острым коронарным синдромом. По данным литературы, госпитальная и отсроченная летальность среди пациентов с нестабильной стенокардией (НС) ниже в сравнении с больными, перенесшими инфаркт миокарда (ИМ).
Цель – оценить госпитальный и отдаленный прогнозы и их предикторы у пациентов, проходивших стационарное лечение по поводу острого коронарного синдрома (ИМ и НС) в региональном сосудистом центре с зоной обслуживания 1 млн человек.
Материал и методы. В ретроспективное регистровое исследование включены 1130 пациентов (715 (63,3%) мужчин, 415 (36,7%) женщин), проходивших в 2019 г. лечение по поводу НС и ИМ в региональном сосудистом центре. На основании диагноза, установленного при выписке, пациенты были разделены на 2 группы: перенесших ИМ (n = 766) и эпизод НС (n = 364). В обеих группах анализировали уровень госпитальной и отсроченной летальности, а также их предикторы. Средняя длительность наблюдения составила 17,8 ± 3,6 месяца.
Результаты. Среди больных с верифицированным ИМ госпитальная летальность составила 11,1% (85 пациентов) против 0,27% (1 пациент) в группе больных НС (p < 0,001). Независимыми предикторами госпитальной летальности при ИМ были снижение фракции выброса левого желудочка (ФВ ЛЖ) (отношение шансов (ОШ) 0,9021, 95% доверительный интервал (ДИ) 0,8209–0,9914, p = 0,0324), хроническая болезнь почек стадия 3а и выше (ОШ 9,3205, 95% ДИ 2,6706–32,5283, p = 0,0005) и объем поражения коронарного русла по данным коронароангиографии (ОШ 1,3526, 95% ДИ 1,0667–0,0127, p = 0,0127). Отсроченная летальность при ИМ составила 10,4% (72 пациента) и значимо не отличалась от таковой при НС – 9,9% (36 пациентов), p = 0,76. У пациентов, перенесших ИМ, независимыми предикторами отдаленной летальности были возраст (ОШ 1,12, 95% ДИ 1,01–1,22, p = 0,0052), хроническая болезнь почек стадия 3а и выше (ОШ 2,3375, 95% ДИ 1,1392–4,7963, p = 0,0206), снижение ФВ (ОШ 0,8895, 95% ДИ 0,73–0,99, p = 0,0364), фибрилляция предсердий на электрокардиограмме при поступлении (ОШ 3,1462, 95% ДИ 1,3510–7,3268, p = 0,0079) и сахарный диабет (ОШ 2,3163, 95% ДИ 1,2552–4,2744, p = 0,0072). У больных с НС предикторами неблагоприятного прогноза в отдаленном периоде были снижение ФВ ЛЖ (ОШ 0,9139, 95% ДИ 0,8683–0,9619, p = 0,0006) и содержания гемоглобина в крови (ОШ 0,9729, 95% ДИ 0,9544–0,9917, p = 0,005).
Заключение. Госпитальная летальность среди пациентов, перенесших НС, ниже, чем при ИМ, при этом отдаленная летальность сопоставима. Это свидетельствует о необходимости активного диспансерного наблюдения пациентов, перенесших НС, вне зависимости от проведенного эндоваскулярного обследования и лечения.