Background: Disease modifying drugs for multiple sclerosis have similar indications for use and at the same time, their specifics of the effect on the pathophysiological process. This complicates the choice of an optimal therapy for a given patient. Aim: To assess efficacy of treatment for multiple sclerosis with interferon beta-1b (IFN-β-1b) and natalizumab. Materials and methods: We performed an open label prospective study in 110 patients with multiple sclerosis who were followed up in the Moscow Regional Center of multiple sclerosis from 2012 to 2015. From those, 99 patients with relapsing-remitting multiple sclerosis (disease modifying drugs naïve) were treated with IFN-β-1b, 11 were non-responders to interferon (1 and more attacks for the previous year of therapy with IFN-β-1b) or had progressive course of multiple sclerosis (more than 2 attacks and an increase in the Expanded Disability Status Scale (EDSS) score by 1 and more within 1 year) and were treated with natalizumab. Analysis of treatment efficacy was performed with consideration of their past history, results of a 3-year neuromonitoring with Kurtzke EDSS and Functional System Scale, neuroophthalmologic testing with Farnsworth dichotomous test, and changes in optical coherent tomography parameters. Results: During 3 years of treatment with IFN-β-1b, the mean number of attacks decreased by over 70% (from 1.28±0.7 in the year before treatment to 0.35±0.09 in the 3rd year of treatment; p<0.05), whereas the degree of disability assessed by EDSS increased nonsignificantly by 0.44 (p>0.05). During the follow-up in the natalizumab group, the number of attacks decreased from 2.3±0.04 to 0.13±0.01 (p<0.05), and the degree of disability by EDSS decreased by 0.8 (p>0.05). There was a significant difference between changes in the thickness of peripapillar nervous fibers during 2 years of the follow up, this parameter decreasing by 2.5 mcm in patients treated with IFN-β-1b and by 0.1 mcm in those treated with natalizumab (p<0.01). Conclusion: Although the patients from natalizumab group had initial more severe course of multiple sclerosis, both agents were highly effective, with the most prominent clinical effect observed for natalizumab. The results obtained may serve as a basis for recommendation of the 2nd line disease modifying drugs for patients with aggressive course of the multiple sclerosis and failure of the 1st line disease modifying drugs. Also, we were able to demonstrate the efficacy of neuroophthalmological monitoring in the assessment of disease modifying drugs efficacy. The strict safety policy is essential while using natalizumab.
Актуальность. Препараты, изменяющие течение рассеянного склероза (ПИТРС), имеют сходные показания к назначению и в то же время свои особенности воздействия на патологический процесс. Это осложняет выбор оптимального лечения для конкретного пациента. Цель – оценить эффективность лечения рассеянного склероза интерфероном-бета-1b (ИФН-β-1b) и натализумабом. Материал и методы. Проведено открытое проспективное исследование 110 пациентов с рассеянным склерозом, наблюдавшихся в Московском областном центре рассеянного склероза в 2012–2015 гг. Из них 99 пациентов с ремитирующим рассеянным склерозом («наивные» в отношении ПИТРС) получали терапию ИФН-β-1b, 11 человек – нонреспондеры интерферона (1 обострение и более за предшествующий год терапии ИФН-β-1b) либо пациенты с прогрессирующим течением рассеянного склероза (более 2 обострений и увеличение оценки по расширенной шкале инвалидизации (Expanded Disability Status Scale – EDSS) на 1 балл и более в течение 1 года) – получали натализумаб. Анализ эффективности проводимой терапии осуществлялся с учетом данных анамнеза, результатов трехлетнего нейромониторинга с использованием шкал Куртцке (EDSS и шкала функциональных систем), данных нейроофтальмологического тестирования с использованием дихотомического теста Фарнсворта (Farnsworth dichotomous test), динамики показателей оптической когерентной томографии. Результаты. На фоне 3 лет терапии ИФН-β-1b среднее количество обострений снизилось более чем на 70% (1,28±0,7 за год до лечения и 0,35±0,09 в 3-й год терапии; p<0,05), степень инвалидизации, оцененная по шкале EDSS, выросла незначительно – на 0,44 балла (p>0,05). В группе лечения натализумабом количество обострений снизилось с 2,3±0,04 до 0,13±0,01 (p<0,05), уровень инвалидизации по шкале EDSS за время наблюдения снизился на 0,8 балла (p>0,05). Выявлено достоверное различие динамики толщины перипапиллярных нервных волокон за 2 года наблюдения: уменьшение на 2,5 мкм у пациентов, получавших ИФН-β-1b, и на 0,1 мкм – у получавших натализумаб (p<0,01). Заключение. Несмотря на то что исходно пациенты из группы приема натализумаба имели более тяжелое течение рассеянного склероза, была отмечена высокая эффективность обоих препаратов, причем наиболее выраженный клинический эффект наблюдали при использовании натализумаба. Полученные данные позволяют рекомендовать применение ПИТРС II линии при агрессивном течении заболевания и неэффективности терапии ПИТРС I линии. Продемонстрирована эффективность нейроофтальмологического мониторинга в оценке результативности лечения ПИТРС. Подчеркнута необходимость соблюдения политики безопасности при применении натализумаба.